Книжный магазин «Knima»

Альманах Снежный Ком
Новости культуры, новости сайта Редакторы сайта Список авторов на Снежном Литературный форум Правила, законы, условности Опубликовать произведение


Просмотров: 3620 Комментариев: 4 Рекомендации : 1   
Оценка: 5.50

опубликовано: 2002-07-26
редактор: Эрик Брегис


Не имеет значения | Misty | Гиперболы | Проза |
версия для печати


Не имеет значения
Misty


   
   

"Не имеет значения, кто вы.
    Не имеет значения, где вы.
    Не имеет значения, почему это не имеет значения.
    Есть вещи более существенные.
    Сегодня в 17.02. вы прекратите свое существование. "
   
   

Придурок, высказавший эту фразу, смешался с толпой и исчез прежде, чем до меня дошел смысл сказанного. Бред какой-то, — подумал я, поднимая с земли отвисшую челюсть. — никого в мире заранее обычно не предупреждают.
    Челюсть оказалась переломанной и мне пришлось заглянуть в ближайший зубной сервис. Он находился в помещении гаража завода стройматериалов, внешне мало чем напоминая привычные нам со школы стерильные и воняющие лекарствами медицинские кабинеты. На столике, покрытом газетой, лежал разводной гаечный ключ, пассатижи, маринованный огурец и другие инструменты, более подобающие слесарю, нежели зубному врачу. Пахло бензином.
   

Медсестра, привлекательная блондинка, закованная в черный кожанный костюм с металлическими шипами, усадила меня на трон Людовика XVI, используемый за неимением обычного стоматологического кресла.
   

-Откройте свою пасть, пожалуйста, раздвиньте ноги и подождите. Доктор скоро придет, у него сейчас обеденный туалет.
   

Просидев полчаса с разинутым ртом под душераздирающие звуки, издаваемые за стеной какающим доктором, и приютив в недрах организма парочку любопытных мух, я принялся разглядывать фотографии на стенах, изображающие издевательства евреев над фашистами в концлагерях во время Второй мировой войны.
    Тут из окошка показалась голова доктора.
   

-Пациенты в вестибюле дразнят меня Борманом. — пожаловался он. — Вот и приходится лазить через черный ход.
    Окошко и впрямь было покрыто черной сажей. Вытирая испачканные руки об мою рубашку, доктор поинтересовался, что меня беспокоит. — Рот пока можете закрыть.
   

-Скажите, я жить буду? — протягивая ему в руке свою челюсть, я старался не выдать своего волнения.
   

-А почему бы и нет? Живут же люди! — доктор был настроен явно оптимистично. — Вот недавно у меня был забавный случай: пациент с одной рукой. Вторую он случайно отрезал, когда брил волосы подмышкой опасной бритвой. С тех пор он панически боялся бриться и зарос настолько, что отыскать рот с больным зубом в дебрях бороды не было никакой возможности. Я пытался его побрить, но неудачно — нож соскользнул и отрезал всю шею. Как он за мной гонялся, шельма! Мы потом еще прикололись, и написали на венках «Однорукому бандиту от дантистов-головорезов».
   

Доктор расплылся в улыбке, донельзя довольный своею шуткой.
   

-Вас с наркозом оперировать или без?
   

-С наркозом, конечно! «Экстази» есть? — "помирать — так с музыкой! " — решил я.
   

Доктор был простой человек и поступки у него были простые. Вместо «экстази» он сунул мне под нос клей «Момент», да так близко, что ноздри склеелись одна с другой. Сделав несколько затяжек, я отрубился. Тем временем доктор выдавил клей из того же тюбика и склеил поломаную челюсть.
   

-Два часа не разжимать зубов, — посоветовал он мне, вставляя челюсть на место. — клей должен подсохнуть. Чего-нибудь еще желаете?
   

Я промолчал. Да и что я мог сказать с закрытым ртом?
   

Монолог доктора был прерван треском выламываемой двери. Сквозь образовавшееся отверстие, словно вода в незадраенный иллюминатор подводной лодки, хлынули разъяренные пациенты.
   

-Ага, попался, голубчик! — мужичок с клинообразной бородкой ткнул пальцем в мою сторону. Я невольно оглянулся, но доктора уже и след простыл.
   

-Это не Борман! — возразили мужичку из толпы.
   

-Неважно! Зато он у них, наверное, самый главный. На троне сидит!
    Я тут же попытался встать. Хм…
   

То ли клей просочился через весь организм, то ли просто я сел на незакрытый тюбик, но так или иначе, я оказался намертво прикованным к трону. Мои телодвижения не остались незамеченными публикой.
   

-Ишь, как в место свое вцепился, бюрократ проклятый! Ни за что его не отдаст.
   

-У меня девять детей, а я должен его кормить, дармоеда!
   

-Убивать таких надо!
   

Быстро уловив настроение масс, мужичок, размахивая своей троцкистской клинообразной бородкой будто флагом, взгромоздился на стол и с пафосом воскликнул:
   

-Да здравствует Великая Революция! Ура, товарищи!
   

Все зааплодировали и прослезились. Особенно прослезился я, догадываясь, что меня ожидает.
   

Внезапно я заметил ботинки доктора Бормана, предательски торчащие из-под  занавеса и жестами отвлек внимание толпы на них. Народ сразу же бросился поднимать занавес, а я тем временем расстегнул приклееные к трону брюки и вынырнул из них, оставившись в нижнем белье. Но улизнуть под шумок все равно не удалось.
   

Когда занавес подняли, за ним открылся огромный зрительный зал оперного театра. Публика гудела в ожидании представления, кто-то пробирался на свои места, держа в руках программку, оркестр настраивал инструменты. Борман уже устроился в первом ряду, заложив ногу за ногу, и под носом у него красовались усы, образовавшиеся либо преднамерено, для неузнаваемости, либо случайно, при вытирании сопелек измазанной в саже рукой.
   

Вдруг свет в зале начал гаснуть и воцарилась полная темнота.
   

-Самое время, чтобы смыться, — подумал я и начал делать осторожные шаги, надеясь не наткнуться во тьме на революционно настроенный пролетариат.
   

Яркие лучи прожекторов ослепили меня так внезапно, что я замер на сцене подобно статуе какого-то древнерижского божества. Грянул шквал аплодисментов. Не зная, чего делают в подобных ситуациях, я спел пару неприличных песенок, знакомых каждому с детства, и рассказал стишокпро елочку, вызвавший бурный восторг у первых рядов. Потом я перечисил всех девушек, в которых был влюблен: Ингу, Таню, Женю, Юлю, Машу, Веру, дав им краткие тактико-технические характеристики и проскакал на одной ноге вдоль всей сцены. Я понятия не имел, что может заинтересовать зрителей, но считал своим долгом оправдать их надежды. После нескольких песен «Хелоувин» в моем исполнении «А капелла» на сцену просочилась худобедно одетая женщина лет так 20-60 и стала всячески разносить в пух и прах короля этой страны, доведшей её до такой жизни, когда приходится жить стоя на коленях.
   

-Доколе? — гневно вопрошала она, театрально сотрясая воздух исколотыми от невыносимой жизни руками.
   

-Отнюдь! — попытался возразить интеллигентного вида старичок, но тут же был морально раздавлен тысячью негодующих взглядов. Гнев масс достиг критической отметки. Еще чуть-чуть, и малейшее несогласие с толпой было бы подобно нажатию на спусковой курок.
   

В этот момент, подав мне обнадеживающий знак, на подмостках сцены опять возник мужичок с клинообразной бородкой. Добровольно приняв на себя функции моего адвоката, он схватил бедную женщину за руку и потащил к рампе.
   

-Посмотрите на эту, якобы замученную руководством страны гражданку. Обратите внимание на ее руки. Она же опустившаяся наркоманка, причем наркоманка с многолетним стажем! Даже навскидку, сосчитав сейчас следы от уколов, я вижу, что денег, потраченных на ее сомнительные удовольствия хватило бы на белую Аудюху 84 года выпуска. А ведь это, товарищи, одни только ручки! На всем теле у нее похоронен целый автошрот. И после этого у нее язык поворачивается заявлять, что пособия, выплачиваемого ей, видите, ли не хватает. Ха! Конечно, тут никаких денег не будет хватать. Не удивлюсь даже, если эта мразь торгует собой оптом и в розницу в портовых кабаках или содержит притон для новобрачных. Грош цена её словам, товарищи!
   

По залу пронесся одобрительный ропот. На худобедно одетую женщину страшно было смотреть. Она беззвучно глядела вниз и горькие слезы несправедливой обиды катились из ее усталых глаз. Плечи подрагивали. Тут уж я не сдержался и заорал во всю глотку:
   

-Не смейте оскорблять эту женщину! Да что что вы вообщепро нее знаете?! А вдруг это следы ежедневных инъекций от неизлечимой болезни? Как она мучается, как кричит по ночам! О Боже, как она кричит! Разве можно безучастно отнестись к крику её умирающей души?
    Акции худобедной мученицы вновь подскочили в цене.
   

-Долой короля! — раздался истерический крик её души, почувствовав поддержку.
   

-Долой короля-я-я! — подхватил я. Мужичок с бородкой, посмотрев на меня как на идиота, пожал плечами и исчез.
   

-Долой! Долой! — дружно скандировала публика.
   

Золотая коронка на моем зубе или золотая корона на голове — кто разглядит такие нюансы из глубины зрительного зала? То, что я еще недавно сидел на троне не оставляло у собравшихся ни малейших сомнений в моей вине. Единодушно я был признан главным врагом человечества. Когда из-за  кулис выкатывали гильотину, худобедная женщина прыгала от счастья и хлопала в ладоши. Она даже шутливо чмокнула в щеку мужика с клинообразной бородкой, который, вращая барабан, медленно поднимал острое лезвие гильотины.
   

С плахи открывается не лучший вид на происходящее. Если не считать деревянного помоста и слепящих прожекторов, мне были видны только настенные часы, стрелка которых приближалась к пяти, да спина мужичка с бородкой.
   

Дождавшись, пока стихнет барабанная дробь, мужчок откашлялся, и, обращаясь к залу, торжественно произнес:
   

-Товарищи! Сейчас перед нами триумф. Триумф новой прогрессивной науки, называемой НЛП — нейролингвистическое программирование. Несколько часов назад, как мы с вами и договаривались, я совершенно случайно выбрал в толпе прохожего, и специально подобранными словами заложил в его подсознание программу на самоуничтожение. Всего лишь несколько фраз! И программа пошла работать, колесики завертелись: его подсознание само стало искать пути, которые привели в конце концов его на плаху. Посмотрите, на часах почти пять, а его голова уже покорно склонилась под нависшей гильотиной. Разумеется, мы не будем причинять ему вреда, я просто хотел продемонстрировать вам всю мощь НЛП, новой науки, которая способна преодолеть инстинкт самосохранения всего лишь парой…
   

В этот момент часы громким боем возвестили о наступлении пяти часов, Мужичок от неожиданности вздрогнул, пошатнулся, и, падая, схватился за веревку гильотины. Лезвие снялось с предохранителя и со свистом полетело вниз.
    К счастью, гильотина оказалась театральным реквизитом, сделанным из папье-маше, и лезвие не причинило мне никакого вреда, если не считать небольшую шишку на затылке. Я встал, отряхиваясь и потирая ушибленную голову. Часы показывали 17.01. Жизнь продолжалась.
   
   

Misty
   

 




комментарии | средняя оценка: 5.50


новости | редакторы | авторы | форум | кино | добавить текст | правила | реклама | RSS

04.06.2021
Стала известна программа Каннского кинофестиваля 2021
Жюри огласило конкурсную программу Каннского кинофестиваля, который был перенесен на июль из-за пандемии.
03.06.2021
В Чехии женщинам разрешили брать негендерные фамилии
В чешском языке ко всем женским фамилиям добавляется окончание «-ова». Теперь женщины смогут отказаться от этого окончания.
31.05.2021
Сайт NEWSru.com прекращает работу
В редакции российского сайта новостей заявили о прекращении работы по экономическим причинам.
31.05.2021
Художник из Словакии создал "карту интернета"
В процессе рисования карты художник использовал 3000 сайтов.
29.05.2021
Умер известный израильский скульптор Даниэль Караван
В возрасте 90 лет ушел из жизни израильский скульптор и художник Даниэль («Дани») Караван.
28.05.2021
Решет Лаван сохранят как национальный парк
Мэр Иерусалима принял решение из-за опасений, что застройщики не смогут сохранить природные ресурсы на этом участке.