Книжный магазин «Knima»

Альманах Снежный Ком
Новости культуры, новости сайта Редакторы сайта Список авторов на Снежном Литературный форум Правила, законы, условности Опубликовать произведение


Просмотров: 511 Комментариев: 0 Рекомендации : 0   
Оценка: 2.00

опубликовано: 2013-01-05
редактор: Олег Неустроев


Вегетарианство | Генри | Повести | Проза |
версия для печати


Вегетарианство
Генри

Глава 1
    Капли пота падают на пол. Даже немного слышно, как они разлетаются, столкнувшись с землей. Ужасная головная боль, будто кто-то давит изнутри на череп.
    Толстяк огляделся. Помещение большое, но пустое, поэтому акустика здесь очень хорошая. Руки толстяка намертво прикованны цепью к трубе. Он висит на ней, как кусок мяса. Ноги его связаны тугой веревкой так, что каждое их движение приносит сильную боль.
    Галстук сдавил его шею. Его и без того жирное лицо, красное от прилившей крови, кажется ещё толще. Он весь в поте и слезах. В этом темном помещении он слеп, как крот. Кричать ему бесполезно, его все равно никто не услышит. Ну, почти никто.
    Одно маленькое окно, в этом темном подвале, и то, имело очень хорошую звукоизоляцию. Любые попытки быть услышанным были обречены на провал. Ему оставалось только ждать. Ждать, что же придумает этот псих, или просто ждать свой смерти.
    Благодаря этому небольшому свету с улицы, который проникал сюда, можно было разглядеть некоторые вещи в этом подвале. Здесь стояли какие-то тумбочки, усыпанные различным хламом, разобранные столы, палки, старые книги. Привлекали внимание хирургический стол и полка с каким-то бутылями с веществами. Такое ощущение, что это была лаборатория и одновременно операционная. Полки с различными пробирками и реактивами гармонично сочетались с хирургическим столом в углу комнаты. Обычно на этом столе проводят операции, спасают, или пытаются спасти жизни. А сейчас толстяк видел в нём настоящую "машину для убийств". Выполненный из хромоникелевой стали, стол отражал тот маленький проблеск света, который проникал сюда. Можно было разглядеть всё, что на нём находилось. Какие-то инструменты, хирургическая дрель, скальпели, бутыли с жидкостями. Буквально весь стол был запачкан кровью, инструменты были также в крови.
    Что задумал этот гребаный псих? -думал толстяк.
    И как я вообще попал сюда? Помнится, я пошел на работу. Там, как всегда, всё было нормально, за исключением вечернего банкета, к которому надо было приготовить много блюд. Да, профессия повара, иногда, бывает очень утомительной. Помню, что мяса не хватало, и я заколол свинью, чтобы сготовить мясо по-французски. Затем пошел в сортир, поссать и помыть руки. Подошел к толчку, отлил, подошел к раковине, умылся, а дальше пустота. Темнота. Будто кто-то взял и вырезал этот кусок памяти у меня из головы. Единственное, что осталось не вырезанным, это тот момент, когда я умыл лицо и посмотрел в зеркало. Помимо себя, в отражении, на секунду, я увидел ещё кого-то. Этот кто-то стоял позади меня. Он был в черной маске, подобно той, которую носят бандиты в фильмах. Я даже не успел понять, что он сделал. Всё. Дальше темнота. И вот, я здесь, прикованный к трубе, и мучающий себя вопросом "что будет дальше? ". Хотя, все, всегда, мучают себя этим вопросом.
    Господи, скажи, что всё это, лишь страшный сон, и он скоро кончится, и забудется также быстро, как забываются все сны. Фред, так звали этого толстяка, надеясь на это, сильно зажмурил глаза и резко открыл их, желая увидеть перед собой его белый натяжной потолок, его любимое одеяло, его уютную двуспальную кровать. Но увидел все тот же подвал.
    Жена, наверное, уже сготовила индейку, купила его любимого вина, накрыла стол и ждала возвращения своего любящего мужа. Через два часа она начнет волноваться и звонить ему. Его телефон, кстати, лежит недалеко от него. Всё это сделано для того, чтобы он сильнее боялся. Через пять часов она, возможно, вызовет полицию. Затем его будут усиленно искать. В следующем месяце его объявят без вести пропавшим. Потом объявят его мертвым. Его труп не найдут, и его жена, его родственники, друзья, знакомые будут плакать над пустой могилой на кладбище, и от этого толстяка останется только тире между двумя датами. А его труп, наверное, останется здесь. Хотя, что может придумать этот псих, который его похитил.
    В городе, да и практически во всем мире идет подготовка к новому году. Люди покупают подарки, ломают головы в поисках места, где будут праздновать эту знаменательную дату, закупают продукты, готовят новогоднюю еду. По телевизору уже давно крутят новогодние фильмы, программы, а продавцы в супермаркетах надели новогодние колпаки. Мне всегда было интересно, им в правду нравится сидеть в них целыми днями?
    Атмосфера праздника поглотила почти всех. Все улыбаются, лицемерят и желают друг другу нового года.
    Хотя, часто, ожидание праздника лучше самого праздника. После наступления нового года, в миг пропадает вся атмосфера. Конечно, остатки её держатся некоторое время, но это уже не то.
    Пока этот псих отсутствует, чтобы не сойти с ума от отчаянья, толстяк решил вспомнить, как справлял этот праздник в прошлом году.
    Даа, сладкий 2011. Он подарил много счастливых моментов и радостных дней. По крайней мере, в прошлом году его никто не подвешивал за руки железной цепью к трубе. Хотя Рэйчел, его жена, делала что-то подобное, но это было немного в других целях. В общем, эти подробности можно опустить.
    В прошлом году они с Рэйчел пошли к её маме, а затем к его маме. И там, и там было очень много гостей и всяческой еды.
    — Рэйчел, мне нужно съесть у твоей мамы такое количество пищи, чтобы в желудке осталось места на поход к моей маме.
    Да, в том году этого толстяка волновала только такая проблема. Съесть такое количество пищи, чтобы осталось место для другой пищи.
    Сладкий 2011.
    Из алкоголя он употреблял только вино. Редко что-то другое. В новом году ему больше нравилась индейка, салаты, курица, всевозможное мясо. Да, мясо, это была его любимая еда. Работая поваром, он знал и умел готовить много видов мяса. Мясо по-французски, мясо по-тайски, мясо по-китайски. Баранина, свинина, телятина, говядина. Мясо было для него настоящим сокровищем.
    Посетив одну маму, они направились к другой, и под конец вечера, толстяк был уже не в состоянии встать со стула от обжорства. Он сидел на красном диване, держал в руке куриную ножку и считал себя королем Вселенной.
    — Я обожрался, — сказал он Рэйчел.
    — Черт побери, Фрэд! Нам ещё в гости идти!
    — Ничего, сейчас как следует очищу свой кишечник, и места станет больше, — засмеялся толстяк.
    Погруженный в воспоминания, Фред не заметил, как стемнело. Он больше не видел одинокого лучика света. Теперь и за окном была тьма.
    Интересно, чем сейчас занимается Рэйчел, — много разных мыслей посещало голову Фрэда.
    — А как же Ками? Что она будет делать, если я умру? -думал Фред, — ничего, Рэйчел о ней позаботится. Она очень заботливая мать. Черт, я же даже не поцеловал её на прощание. Кто знал, что всё так обернется?
    Фред хотел достать фото Ками из бумажника, но вспомнил, что у него привязаны руки. Он ими уже почти не мог пошевелить.
    — Интересно, как там Джейсон? Что он сейчас делает? А Роберт? Мы с ним же на рыбалку на следующей неделе собирались. Марти, Сара, Карл? Чем они сейчас занимаются?
    Все его мысли оборвал скрип, внезапно открывшейся двери. Яркий свет, исходящий оттуда, слепил Фреда, и он, прищурившись, пытался разглядеть, кто там стоял. В этот момент его глаза были полны надежды, но через пару мгновений она исчезла, подобно тому, как исчезает поплавок под воду, когда его хватает рыба. Там стоял не полицейский, спешащий ему на помощь, не его жена, которая каким-то образом выяснила его местонахождение и вызвала копов. Нет.
    Там стоял этот псих.
    Глава 2
    Во тьме он казался ещё страшнее, чем есть на самом деле. Фред молча ждал, что сейчас будет. Псих начал медленными, плавными шагами спускаться по лестнице. Он курил сигарету. Было слышно, что где-то у него в доме играет классическая музыка. Бетховен. Ода к радости. Не совсем подходящая музыка, подумал Фред.
    Когда он спустился, он прошёл немного вправо и нащупал рубильник, который включал свет. Видимо, он делал это довольно часто, потому что без труда, наощупь, включил свет. В этот момент Фред увидел его лицо. Он думал, что он будет выглядеть, как псих из фильмов. Глаза горят, звериный оскал, белый халат, немного запачканный кровью, в руке бутыль с ядом, сутулый и небритый. Его поразило, когда все его ожидания не оправдались, и он увидел обычного человека, каких миллион, и если бы он мельком увидел его в магазине, даже не сказал бы, что это самый настоящий псих. Он был в обычной домашней одежде, стрижка у него была чуть удлиненная, средний рост и телосложение. Единственно, что совпадало с ожиданиями Фреда, так это небритость. Ощущение того, что психом-убийцей может стать любой окружающий тебя человек, очень пугало.
    Псих начал ходить вокруг Фреда, рассматривая его. От этого осмотра Фреду стало не по себе. В конце концов псих взял стул в углу стола и поставил перед Фредом. Он сел на стул и начал разговор.
    — Меня зовут Джереми, — сказал он, — подумал, захочешь знать, как звали твоего убийцу.
    От этих слов у Фреда снова началась паника.
    — Ппппожалуйста, ннне трогайте мммменя, — сквозь слезы говорил он.
    Джереми достал сигарету, зажигалку. Ловким движением он откинул колпачок зажигалки и поджег сигарету. Сделав одну затяжку, он продолжил разговор.
    — Как тебя зовут?
    — Ппппожалуйста, нннне надо, — продолжал Фред.
    Джереми сорвался со стула и ударил толстяка в живот, а затем в лицо. Из носа сразу же хлынула кровь, которая смешивалась с соплями. Слёзы, сопли и кровь, жалкое зрелище.
    — Как тебя зовут?! -орал он.
    — Ффффред.
    — Фред, — повторил Джереми.
    Джереми подошёл к хирургическому столу и налил в стакан воду из кувшина.
    — Будешь пить? -спросил он.
    Фред очень сильно хотел пить и, даже, если бы это была не вода, а яд, ему бы было всё равно.
    — Да, — ответил он.
    Так как у Фреда руки были привязаны к трубе, пить он сам не мог. Его напоил Джереми. Вкус воды радовал, как никогда. Он давал жизнь и надежду.
    — Как ты думаешь, зачем ты здесь? -продолжал расспрос Джереми.
    — Я..я..не знаю.
    — Конечно, откуда же тебе знать, — Джереми сделал затяжку.
    — Отпустите меня, — молил Фред.
    — Отпустить? Чтобы ты потом пошел к копам и все им рассказал?
    — Я..я..я никому ничего не скажу, ччестно, отпустите меня.
    — Всё вы так говорите.
    Зазвонил сотовый телефон Фреда. Джереми поднялся со стула, чтобы посмотреть, кто звонит.
    — Звонит какая-то Рэйчел, — сообщил он Фреду, — это твоя жена?
    Глаза у Фреда округлились от страха.
    — Д..д..а, г..господи, не пугайте её, не берите трубку.
    — Она, наверное, уже тебя ждет. Сготовила твою любимую еду. Может быть у тебя есть дети, и они сейчас расспрашивают маму, где же их любимый папочка.
    — Ты чертов псих! -завопил Фред.
    — Ты сейчас не в том положении, чтобы меня оскорблять, — спокойно ответил Джереми.
    — Да какая уже разница?! -кричал Фред, — я и так умру! Пусть я хоть умру не как трус!
    — Ты прав, ты и так умрешь. Но ты можешь умереть быстро и безболезненно, а можешь, — Джереми взял со стола скальпель и посмотрел на Фреда, — а можешь умереть в муках. Адских муках.
    Слова Джереми, несомненно, напугали Фреда, и он решил молчать.
    Телефон не переставал звонить.
    — Какая она у тебя настойчивая!
    — Пожалуйста, н..не пугайте её. Не отвечайте на звонок.
    Джереми не трогал телефон, но после пяти гудков не выдержал и кинул телефон в стену. Он разлетелся на мелкие кусочки, которые хаотично расположились на полу.
    — Как думаешь, через сколько часов она начнет звонить в полицию? Как думаешь, через сколько дней поиски тебя прекратятся?
    — Пожалуйста, отпустите меня. Зачем я вам нужен?
    — Зачем ты мне нужен? Все задают такой вопрос. Вот ответь мне, ты любишь мясо?
    — Мясо? -не понимающе переспросил Фред.
    — Чёрт побери! Ты так и будешь повторять всё, что я спрошу или, всё таки, ответишь на вопрос?!
    — Я..я, — Фред не знал, что ответить, — д..да, я люблю мясо.
    — Конечно ты любишь мясо. Мясо это же твое всё!
    Фред по-прежнему ничего не понимал. К чему этот бессмысленный опрос?
    — А ты хочешь есть, Фрэд?
    — Отпустите меня, я н..н..ничего не сделал.
    Джереми взбесился и ещё раз нанёс Фреду пару ударов. В этот раз он закричал от боли.
    — ААА, пожалуйста, отпустите м..м..меня.
    — Отвечай на мои вопросы! -Джереми схватил скальпель и приставил к горлу Фреда, — отвечай!
    Фред обоссался от страха. Моча, собираясь в маленькие ручейки, стекала по его ногам. Она согревала всю нижнюю часть тела. Фрэд внезапно понял, что лучший способ согреть себя, это обоссаться.
    — Никчемный трус! -Джереми положил скальпель на стол. Скальпель был очень чистый и хорошо отражал свет ламп.
    — Хорошо хоть на пол не попал!
    Фред уже не плакал, он ревел. Ревел, будто он трехлетний ребенок, и у него забрали любимую игрушку. Ревел, как ревет пятилетний ребенок на приеме у зубного.
    — Тихо, тихо. Не плачь. Отвечай на вопрос. Ты хочешь есть?
    — Нет, — сквозь слезы процедил Фред.
    — Ну ты же врешь, скажи честно, ты хочешь есть?
    Дать отрицательный ответ, значит нарваться ещё не пару ударов. Фред ответил "да".
    — А что ты хочешь есть? Может, мясо? -говорил издевательски-заботливым голосом Джереми, — мясо. Ты хочешь мясо?
    — Д...да, — выдавил из себя Фред.
    — Тогда я сейчас принесу тебе мясо. Подожди немного, — сказал тем же голосом Джереми и вышел из подвала.
    Фред уже хотел поскорее умереть, чтобы все издевки и мучения кончились.
    Джереми вернулся с тарелкой, накрытой железной крышкой. Чувствовался аромат только что пожаренного мяса. У Фреда заурчал желудок.
    — Я слышу, как ты хочешь есть. Я уже иду, — говорил Джереми, когда спускался по лестнице. Он поставил тарелку на хирургический стол, убрал крышку. На тарелке лежал аппетитный кусок мяса. Маленькая черная корочка на нём ещё сильнее разогревала аппетит. Мясо было полито каким-то соусом. Сразу было видно, что оно хорошо прожарено. Аромат мяса постепенно заполнил всю комнату. Желудок Фреда не мог выдержать такого испытания и ещё сильнее заурчал.
    Кусок мяса был небольшой, и Джереми с легкостью отрезал половину, положил на вилку и поднес ко рту Фреда.
    — Ешь, друг мой, — издевательским тоном говорил Джереми.
    Фред взял ртом весь кусок мяса и начал пережевывать. Хоть ему и хотелось есть, еда не шла. Хотелось всё выблевать. Но, не смотря на это, мясо было довольно вкусным. "Оказывается, психи неплохо готовят мясо"-подумал Фред. По вкусу, мясо было похоже на телятину. Только немного жестче. Оно был без какой-либо остроты, абсолютно нормальный вкус.
    Фред всё пережевал и проглотил.
    — Хочешь ещё? -спросил Джереми.
    — Нет.
    — Ладно, — ответил Джереми, закрыл крышкой оставшийся кусок мяса и вышел из подвала. Он быстро отнес его куда-то и вернулся назад.
    — Как тебе мясо? -спросил он.
    Фред по-прежнему не понимал зачем всё это, но решил не задавать вопросов.
    — Сойдет, — сухо ответил Фред.
    — Сойдет? То есть не хуже того мяса, что ты ел раньше? А ты, как я знаю, большой гурман. Большой в прямом смысле.
    — Да. Сойдет.
    Джереми встал со стула и походил по комнате, раздумывая о чем то. Затем он снова заговорил.
    — Как ты относишься к вегетарианцам?
    — Вегетарианцам? -Фред снова ничего не понимал.
    — Да, черт побери! К вегетарианцам! Я тебя спрашиваю, как ты относишься к, мать их, вегетарианцам?
    — Ну...ну, — Фред замешкался.
    — Ну?!
    — Отрицательно, — сказал Фред и сразу понял, что придется аргументировать свой ответ, — это очень глупо. Человек должен есть мясо, мясоедение у нас в крови. А вегетарианцы глупые люди, лишающие себя удовольствия, ради глупой жалости к животным, да ещё и ущерб здоровью.
    — Конечно, ты то наверное много свиней перемочил, работая в ресторане! -Джереми разозлился.
    Фред молчал.
    Джереми продолжил расхаживать по комнате, раздумывая о чем-то. Затем он снова заговорил.
    — Тебе совсем не жалко животных? -спрашивал уже с другой интонацией Джереми. Это была интонация сожалеющего убийцы. Убийцы, готового в миг признать все свои грехи и покается в них.
    — А чего их жалеть? -голос Фреда приобрел немного уверенности, — человек-венец природы! Человек-высшая степень развития! Выживает сильнейший! Нам надо, и мы будем убивать животных и есть их! Есть и убивать! -говорил он, голосом великого философа.
    — Тебе не кажется, что с таким же успехом мы можем начать есть людей? -Джереми говорил с Фредом уже не как убийца с жертвой, а как друг с другом, которые сидят в кафешке на обеде и обсуждают важные проблемы, строя из себя великих мыслителей.
    — Нет. Животные и люди это совсем разные существа, их нельзя сравнивать. Животные тупые, а мы, — Фред не мог подобрать какое-то слово, — мы развиваем Землю, продвигаем её вперед!
    — То есть, ты против каннибализма?
    — Конечно. Это, как минимум, негуманно.
    — А убивать животных гуманно?
    — Получается, что да, — Фред, от расспросов Джереми, попал в словесный тупик.
    — И ты бы никогда не съел человеческое мясо? Ни за какие деньги?
    — Любопытство у меня, конечно сильное, — отвечал Фред, — но любовь к людям сильнее.
    — А как ты думаешь, какой вид мяса я тебе подал?
    Фред сразу же понял, к чему клонит Джереми, но все таки решил переспросить.
    — То есть...вы хотите сказать, что я...съел...мясо человека? -со страхом спрашивал Фред.
    — Именно, Фрэдди, именно, — издевательски говорил Джереми.
    Фред почувствовал, как пищевой комок подступает к его горлу. Он блеванул на пол. Мерзкий запах блевотины сражался с тонким ароматом человеческого мяса.
    — Чертов псих! Нахрена ты это делаешь? Нахрена?!
    — Почему, если можно есть животных, нельзя есть людей? Разве есть животных гуманно? В одном ты прав, они тупые, они едят животных, но только потому что, не могут этого не делать. У них это в крови. А где ты видел, чтобы маленький ребенок хотел поесть мясо? И, интересно, как бы он отнесся к тому, что ест сородичей своего любимого Хрюши из "Спокойной ночи малыши? ". Мясо запихивают в них их мамаши, которые так заботятся о здоровье своего отпрыска. У нас есть разум, подаренный нам природой, мы можем отказаться от мяса, а что мы делаем вместо этого? Убиваем каждый новый вид животного, чтобы попробовать его на вкус! Разговоры только о еде! Много гостей? Готовь мясо! Мясо! Мясо! Люди уже с ума посходили с этой жратвой!
    — Ты ненормальный...
    — Я ненормальный? А те, кто сотнями каждый год валит беззащитных коров или лошадей нормальные? А? Отвечай, сукин ты сын!
    Джереми ударил его в, и без того разбитый, нос.
    — Тебе жалко животных, но не жалко людей?
    — А почему я должен их жалеть?
    Фред не знал, что ответить.
    — А? Что ты молчишь? Боишься? А представь, как страшно тем животным, которых ты резал в своей долбаной кухне, в твоем долбаном ресторане! Почувствуй себя, так сказать, в другой шкуре, урод!
    Джереми схватил скальпель и приставил к горлу Фреда. Замахнувшись и делая вид, что он хочет его ударить, Джереми остановил лезвие в сантиметре от горла Фреда. Фред уже зажмурил глаза, приготовившись к смерти, и ещё раз обоссался. Простояв с зажмуренными глазами пять секунд, он понял, что ещё жив и аккуратно приоткрыл один глаз, чтобы узнать, почему он не мертв. Джереми стоял в той же позе, что и пять секунд назад.
    — Скажи мне, о чём ты думал? Я хочу знать, о чём думают люди в предвкушении своей кончины.
    Не дожидаясь ответа, Джереми несколько раз порезал горло Фреда, так, что бурая кровь водопадом начала литься из него. В таком случае, обычно, двумя руками зажимают горло, чтобы хоть как-то попытаться остановить кровотечение. Но у Фреда, как вы знаете, руки были прикованы цепью. Неудачное сложилось положение. Фред ещё несколько секунд побился в предсмертных конвульсиях, прежде чем свободно повиснуть на цепи и отправиться в мир иной.
    Джереми положил нож на хирургический стол и отправился на кухню, за ножом для разделки мяса. С кухни от также принес большой мусорный пакет. Он шел, напевая какую-то песенку себе под нос. Что-то из репертуара группы Oasis. Джереми принес в подвал пакет, расстелил его на полу, открыл маленьким ключом замок на цепи, которой был привязан Фред. Тело сразу же плюхнулось на пол, оставив под собой лужу крови. Было слышно, как хрустнули пару костей. Джереми повертел в руке большой нож. Лезвие у этого ножа было в полтора раза больше ручки. Затем Джереми одним резким и сильным ударом отсек Фреду голову. Хрящи аппетитно хрустнули, а голова покатилась в сторону, как шар для боулинга катится по дорожке. Делал всё это Джереми играючи, не спеша, напевая себе под нос разные мелодии.
    Он разрезал и снял с трупа одежду. Руки он отрезал по плечо, ноги по бедро. Джереми провел ножом линию по середине туловища, от шеи до паха. Затем он пробил грудную клетку ножом, поломал все ребра и разрезал живот, в который потом залез рукой и вытащил кишки. Кишки, как связки сосисок, болтались у него в руке. Он бросил их в мусорный пакет. Руки, ноги, остатки туловища он взял в охапку и убрал в холодильник. Там уже было с пол сотни рук и ног, и в два раза меньше туловищ. Джереми достал средство для мытья полов, швабру и пошёл оттирать кровь Фреда. Закончив со всем этим, он взял отрубленную голову и бросил в мусорный пакет.
    — Готово, — сказал он голосом победителя.
    Джереми взял пакет и вышел из подвала, предварительно закрыв его на большой замок. Он зашел на кухню и бросил пакет на пол.
    — Барни, иди кушай, дорогой! -закричал он.
    В ту же минуты прибежал Барни. Это была большая, жирная свинья. Он обнюхал всё, что добродушно оставил его хозяин и принялся за трапезу. С жадностью съев кишки, которыми он замарал всю свою морду, он принялся за голову. Человеческие головы были излюбленной едой Барни. Казалось, что он даже ест её по другому, не просто запихивает в рот как можно больше, а хорошо отбирает с чего начать, будь это глаза, нос или нижняя челюсть.
    Барни с характерным хрустом разгрызал носовую кость, а затем принимался за остальные части головы. Эта свинья была особенная, она не ела ничего, кроме человеческого мяса. Ночью, когда Джереми укладывался спать, он запирал свинью в ванне, так как она могла сожрать его, пока он спал. Доев голову, Барни ушел в ванну мыть морду. Да, он был настолько умен, что сам засовывал морду в тазик с водой и ополаскивал её. Джереми достал бутылку пива и сел в кресло перед теликом. Дом его был обставлен в типичном холостяцком стиле. Гора немытой посуды на кухне, куча пива в холодильнике, окурки в пепельнице, разбросанные носки и одежда. Он открыл пиво, включил телевизор и закурил. По ящику, как всегда, показывали какую-то муть, и Джереми переключал каналы, в поисках чего-то интересного.
    — Сколько каналов, столько дерьма, — сказал он и в итоге остановился на местных новостях. Сегодня вела эфир симпатичная ведущая, у которой была блузка с большим вырезом.
    — А теперь криминальные новости. Деревня Саутленд подверглась "атаке" похитителя людей. Отличие этого похитителя от других в том, что он похищает не маленьких детей или женщин, а взрослых, состоятельных мужчин, которые работали поварами. Было зарегистрировано семь случаев похищения. Некоторые повара, в панике, бросили свое рабочее место или сменили специальность. Несколько ресторанов закрылись. Какую цель преследует серийный похититель, полиция до сих пор не знает. Никаких улик или зацепок по этому делу также не найдено. Стражи закона не сдаются и продолжают искать улики и следы, которые помогут им выйти на похитителя. Вот, что говорит сержант Мэррон.
    — Мы ведем активные работы по розыску этого преступника, обзваниваем родственников жертв похищения и осматриваем места, где они были, в поисках каких-либо зацепок. В городе увеличили количество патрулирующих полицейских. В ресторанах так же повысили количество охранников. В скором будущем, мы вам обещаем, похититель будет пойман, и ему придется ответить перед законом.
    Джереми усмехнулся и отпил пива.
    — Ну, попробуйте, словите меня, — высокомерно сказал он, — удачи вам.
    Джереми допил пиво и бросил окурок в бутылку. Окурок плавал на донышке, в тесной бутылке, как огромный фрегат в маленьком озере.
    — Барни, Барни, — звал он.
    Барни прибежал к нему весь в воде. Джереми отвел и запер его в ванне, а затем пошел в спальню. Она находилась в таком же плохом состоянии, как и весь дом. Джереми встряхнул одеяло, которое было усыпано пеплом от сигарет, выключил свет и лёг спать.
    Глава 3
    Дзынь-дзынь. Дзынь-дзынь. Будильник звонил очень громким и неприятным звуком, как бы сообщая Джереми, что пора вставать.
    Джереми скинул одеяло, выключил будильник и сел на край кровати. Это была его ежедневная процедура, помогающая ему прогнать сон. После пары минут такого просиживания, он взял сигарету с тумбочки, которая стояла прямо у изголовья кровати, и закурил. Пепельницы рядом не было, так что он, не смущаясь, стряхивал весь пепел на одеяло. Докурив, он бросил сигарету в стакан с водой и пошёл умываться в ванну. У него было два предмета для ненависти, толстые люди и утро. При чем, ненависть к второму была намного сильнее, чем к первому. Да, это чертово утро он ненавидел больше всех. Опухшая рожа, заспанные глаза, запах изо рта. Встаешь и жалеешь, что вообще проснулся. Идешь полусонный в ванну, чистишь зубы, затем в таком же состоянии готовишь себе завтрак, который обычно состоит из пригоревшей яичницы, так как ты ни черта не умеешь готовить, или из бутербродов с сыром, вкус которых сложно перенести утром. Лениво запихиваешь их в себя, запивая чашкой кофе, которая, не смотря на то, что говорят рекламы, ни черта не бодрит. Ставишь посуду в раковину, говоря себе, что помоешь её вечером, но вечером ты настолько занят, что забываешь про это, и в раковине образовывается огромная гора немытых тарелок и ложек, что лучший альпинист не смог бы покорить её. От этих абсурдных мыслей Джереми улыбнулся.
    Проделав все утренние процедуры, он пошел одеваться. Одежды у него было немного, так что трудиться с выбором не приходилось. Он надел красную футболку с белыми полосами на груди, зимние вельветовые штаны и синюю кофту. На улице был тридцатиградусный мороз, так что стоило уделить особое внимание верхней одежде. Под куртку он надел шарф, а на руки вязаные варежки. Джереми обулся, взял ключи, вышел из дома и закрыл дверь. Выйдя из дома, он сразу почувствовал все прелести зимы. По началу было не так холодно, но пройдя уже около ста метров, его лицо краснело от мороза. Он закрывал лицо варежкой, чтобы хоть как-то удерживать тепло.
    Поднялась сильная метель. Да, метель и мороз, что может быть лучше утром! Джереми приходилось идти спиной вперед, что спастись от обжигающего лицо ветра. У него уже покраснели щеки и нос. Он ускорил шаг, чтобы поскорее спастись из этого ледяного ада. Чертова работа, и почему он не мог найти места поближе? А, вспомнил, у него же не было образования, чтобы найти себе приличную работу. А почему у него не было образования? А, точно, потому что он забил на него. Он рос в не богатой, но и не бедной семье. Это была семья со средним достатком, но что-то у Джереми в детстве не сложилось, что он стал таким, какой он есть. Джереми был человеком, к которому вы бы в последнюю очередь обратились за советом или просьбой. Его грубость отталкивала, но, несмотря на это, он сохранил в себе все те качества, присущие настоящему Человеку. Мягкость, а порой нежность. Внезапная влюбленность, а порой романтичность часто настигали его. Он научился подавлять в себе это, но оно вылезало снова и снова, как прыщ на жопе. Вы, читатель, наверняка зададитесь вопросом, как психопат, который убивает поваров, за то, что они готовят мясо может считаться настоящим Человеком. С большой буквы. Конечно, у него были психические расстройства, он стоял на учете в дурке. Конечно, это всё крайне не гуманно, убивать людей, которые едят мясо. Если следовать такой логике, то можно сразу вырезать три четверти земного шара. Он убивал поваров, которые убивают животных, чтобы восстановить справедливость. Жаль, что он не сможет объяснить всё это судьям, да и вообще, любому адекватному человеку. Его пожизненно посадят в тюрьму. А может, для такого "редкого экземпляра" как Джереми, вернут смертную казнь. Кто знает? А если вернут, то какая она будет? Электрический стул? А, может, для такого, как он вернут расстрел? Или повешение? А, может, он отправится на корм акулам? В бассейн запустят акул-людоедов, а затем бросят туда Джереми. Повсюду были бы осуждающие взгляды, как бы кричащие: "Вот этот негодяй убил моего Луи! Поджарьте ему яйца, да посильней! "Но, возможно, наверное, может быть, будет такой человек, который поймет Джереми. Он, конечно, ничего не сможет предотвратить, но будет по-другому относится к нему. На его казни он будет одиноко стоять в стороне и он, возможно единственный, не будет испытывать отрицательные эмоции по отношению к Джереми, а наоборот, он будет сожалеть о том, что мир потерял такого Человека. А затем Джереми погибнет и отправится к тем, кого он убивал. Око за око.
    На счет того, кем работал Джереми. Он был продавцом в продуктовом магазине. Раньше, в этот всегда заходило много народу, и была стабильная прибыль. Затем в городе пооткрывали супермаркетов, и посетителей стало меньше. Джереми всегда продавал водку на разлив, так что старые алкаши ему не изменили. Опасаясь за свой бюджет, владелец магазина, начальник Джереми, открыл дополнительный отдел с пивом, рыбой и шашлыками. Продавец в тамошнем отделе продавал подросткам алкоголь, так что на время количество покупателей увеличилось. Но затем весь магазин провонял рыбой из этого отдела, так, что покупатели затыкали нос, когда заходили туда. Покупателей снова стало меньше. Начальник стал беситься, орал на Джереми и другого продавца и урезал им зарплату. Джереми уже хотел уволиться, но понял, что лучше этой дерьмовой работы не найдет. В это время начальник разработал другую стратегию. Он разрешил нескольким местным торговцам фруктов, торговать у него в магазине. Они должны были платить небольшую аренду и отдавать процент от проданных фруктов. Это увеличило прибыл заведения, но не на много. Начальника это устроило, и он решил оставить всё на своих местах. Работать в этом магазине было по-прежнему сложно, из-за резкого запаха рыбы, но был плюс. Этот магазин хорошо отапливался и, даже в самый сильный мороз, в нём было тепло.
    Джереми зашел в магазин, вытер ноги о коврик. В лицо ему сразу же ударил поток горячего воздуха и рыбной вони.
    — Привет, Джереми, — сказал Дик, продавец рыбного отдела.
    — Привет.
    — Капец на улице холодно, да? Я окоченел, пока дошел.
    — Ага.
    — Через десять минут открываемся, поторопись.
    — Окей.
    Дик был хороший парень. Много шутил и не строил из себя великого. Джереми он нравился. В отличии от Дона, продавца в отделе фруктов. Этот неразговорчивый мудак был весь из себя. С ним нельзя было просто поговорить, он сразу же начинал рассказывать, какая это тупая работа, какие тупые продавцы и то, что он скоро уволится и откроет свой бизнес, который принесет ему немыслимый доход, а мы все неудачники так и будет гнить здесь. Джереми был уже давно набил ему морду, если бы не начальник, который и так с жадностью выдавал им зарплату, стараясь найти повод, чтобы её сократить. Однажды он сократил Джереми зарплату на шестьдесят процентов за то, что тот случайно разбил бутылку вина. Нет, ну вы представьте, сократил зарплату больше чем на половину из-за паршивой бутылки! Это вино и десяти процентов от зарплаты не стоило!
    — А если бы ты разбил вино, которое стоит гораздо дороже?! -гневался он.
    — Но я же его не разбил.
    — А мог. На ошибках учатся, — аргументировал он.
    Джереми скинул куртку, открыл прилавок и приготовился встречать покупателей. Хотя, в такую рань мало кто идет покупать продукты. Разве что алкаши пропускают стаканчик другой. Или какой-нибудь мужик перед работой за сигаретами заскочит. Простояв минут тридцать, Джереми понял, что покупатели придут не скоро, и заварил себе лапшу быстрого приготовления. Это была его любимая еда. Пока он ел, к нему подошел Дик.
    — Слушай, Джереми, расскажу тебе историю, что приключилась со мной вчера. В общем, познакомился я с бабой.
    — Как всегда, — ответил Джереми.
    — Ну да, да. Но не в этом суть. Слушай дальше. В общем, познакомился я с ней в кафе. Зашел поужинать и увидел скучающую девушку, ну тут грех не подойти познакомиться. Присел я к ней и говорю "девушка, могу я скрасить ваше одиночество? "
    — Господи, Дик, это же шаблон!
    — Какая разница? Он же работает! Ну так вот. Она говорит "конечно". Дальше все по накатанной, спросил её имя, сказал своё. Затем говорю "что вы пьете? ", а она отвечает "вино". Ну тут как всегда. Заказал ей бокал вина, себе пива. Сидим дальше, я пытаюсь разговорить её, спрашиваю "работаете или учитесь? ", она отвечает "учусь в художественном колледже". Ну ты знаешь, я в искусстве ни бум-бум, не знаю, о чем говорить дальше. Решил задавать стандартные вопросы вроде её увлечений и так далее. Проговорили мы так минут тридцать, а затем она такая говорит "ну что, к тебе или ко мне? ". Не, ну ты прикинь, Джереми, баба такой вопрос задает с ходу!
    — Да уж.
    — Я опешил, не знаю, что отвечать. Она, так то, красивая. Сиськи, жопа, все дела. Я отпиваю пива для храбрости и отвечаю "давай ко мне". Она улыбается, как ни в чем не бывало, встает, одевает куртку. Ну прикинь, как подфартило! Вот бы все были такие. Ну в общем, встаем, я расплачиваюсь, уходим. Быстренько ловим такси, так как под вечер был реальный дубак, садимся, едем ко мне. Когда доехали, сразу зашли в дом. Я скинул куртку, пошел на кухню ещё вина достать, а ей сказал, чтобы ждала меня в прихожей. Тут такая подстава, прикинь, штопора нет. Ну я зубами кое-как, минут за пять, пробку откупорил, разлил вино по бокалам, беру их, выхожу в зал, а она там уже голая лежит! Я от удивления чуть бокалы не выронил! Не, ну я, конечно, слышал, что все эти художники и художницы немного того, — Дик покрутил пальцем у виска, — но не до такой же степени! Она мне такая говорит "тебе не нравится, как я выгляжу". А мне нравится! Мне капец как нравится! Лежит себе такая голая нимфа, одну руку под голову положила и улыбается. Сиськи у неё где-то третьего размера, сама она не жирная, в общем, классная баба. Я даже не знаю, что отвечать ей, говорю "конечно нравится, будешь вина? ". Она отказывается. Ну что ж, ещё лучше, подумал я. Отложил вино и быстренько разделся. Лег вместе с ней на диван и начал с ней целоваться. Её язык быстренько метается у меня во рту, а мой член медленно набухает. И тут я вспомнил, что забыл резинки! Я ей говорю "подожди, я за презиками схожу", а она такая говорит "стой, можешь выполнить мою просьбу? " Ну что может попросить девушка в такие моменты, а, Джереми?
    — Я то откуда знаю.
    — Ну да ладно, в общем, я ей говорю "а в чем, собственно, просьба? ". И тут она говорит то, что я меньше всего ожидал услышать, более того, я ни разу эту просьбу, вообще, не слышал! После этой фразы, я окончательно опешил, и мое отношение к девушкам-художницам кардинально поменялось. Ну, Джереми, это было просто нечто!
    — Говори уже, что она сказала?
    — Она такая говорит "нассы мне в рот". Ты понимаешь, Джереми?! Девушка попросила меня нассать ей в рот! Я абсолютно не знал, что ответить! Вот ты бы что ответил на такое?
    — Даже не знаю.
    — Вот и я не знаю! Черт побери, от этого вопроса я просто впал в ступор. Я молчал секунд двадцать, после чего она опять спросила "так ты можешь нассать мне в рот? ". Нет, ну если в тот момент я думал, что мне послышалось, то тут я был абсолютно уверен в исправности своих ушей. Я ей говорю "нет, извини, не могу". Представь, после моих слов, она одевается и уходит. Просто берет и уходит. Когда она меня покинула, я ещё минут десять молча сидел на диване. Потом достал пивас и завалился дрочить. А что тут ещё делать?
    Джереми захохотал.
    — Да уж, Дик, везет тебе с женщинами.
    — Теперь я уяснил: если девушка художница, я сразу же от неё бегу! Они там походу все конченные извращенки!
    — Что ж, на ошибках учатся.
    В этот день было мало клиентов, и за час до закрытия магазина Джереми и Дик решили закончить работу.
    — Закрываемся, всё равно сегодня народ не прёт, — сказал Дик.
    — Ага.
    — Какие планы на вечер? -спросил Дик.
    — Как всегда, домой, посмотрю телик, почитаю и спать. А у тебя?
    — Думаю в кафешку пойти, бабу снять, хочешь со мной?
    — Нет. Настроения нет, — соврал Джереми. У него были другие планы. Совсем другие.
    Закрыв магазин, Дик пошел в кафе, а Джереми домой.
    — Пока, Джереми.
    — Давай, увидимся.
    Зимой темнеет рано, и, хоть они закончили работу на час раньше, на улице уже было темно. Фонари хорошо освещали дорогу на улицах, но не во дворах. К вечеру похолодало. Куртка Джереми была предназначена для более высокой температуры, и он, пока дошел до дома насквозь промерз. Перчатки у него тоже были тонкие, через них спокойно проникал холод, и, когда Джереми открывал дверь в дом, пальцы не слушались его. Кое как открыв дверь, он зашел домой и сразу же включил обогреватель. Барни встретил его радостным прихрюкиванием. Наконец то дома, подумал он. Джереми был бы рад сейчас выпить пива и посмотреть телевизор, но у него ещё были дела, которые он считал своей второй работой. Он считал, что она приносит гораздо больше пользы чем та работа, на которую он ходит по утрам. Джереми открыл холодильник, взял бутылку пива, сел на кресло, закурил и открыл перед собой журнал, в котором были указаны адреса всех местных ресторанов. Он быстро просматривал все адреса и остановился на том, который не был зачеркнут. Джереми взял карандаш и поставил около названия ресторана галочку. В каждом таком ресторане держались животные, и если не хватало мяса их сразу же прирезали. Джереми ходил в эти рестораны, вырубал поваров, кидал в свою машину и вез к себе в дом. Вырубал он их кетамином. Брал концентрацию два миллиграмма на килограмм веса. Вес поваров он не знал, но всегда брал дозу, рассчитанную на девяносто килограмм. Этого хватало. Он вкалывал её в шею, и буквально через минуту человек терял сознание минут на пятнадцать. За это время Джереми садил его к себе в машину и вез домой. Кетамин ему поставлял его друг-врач, который плевать хотел на законы и моральные принципы, если ему давали деньги. Животных держали около ресторана, в загоне. Джереми дожидался, когда повар выйдет прирезать очередную свинью, подкрадывался сзади и вкалывал наркоз. На все эти операции у него уходило не более шести минут. Всё было продумано.
    Джереми водил карандашом сверху вниз в поисках неотмеченного ресторана, ресторана, в котором он ещё не был. Он остановился на ресторане "Парадо". Третье авеню, недалеко от дома Джереми. Он докурил сигарету, допил пиво и спустился в подвал. Здесь у него хранились все химические вещества, включая кетамин. Также у него был формалин, в котором он, иногда, вымачивал головы жертв, а затем любовался ими. Помимо кетамина, у него был амфетамин и ЛСД, которыми он иногда "баловался" после напряженного трудового дня. Джереми взял бутылек с кетамином и шприц. Затем он вышел на улицу. Было поздно, и на улице почти никого не было. Джереми сел в свой старый Форд 1961 года выпуска. Красный, с блестящими дисками и откидным верхом. Несмотря на то, что стоял мороз, Форд без проблем завелся, и Джереми поехал в ресторан. Чтобы найти загон, где содержались животные, приходилось немного покружить вокруг заведения. Машин почти не было, поэтому никто не препятствовал движению Джереми. Покружив вокруг здания минут пять, Джереми увидел загон, где стояли три жирных свиньи и корова. Подъехав к этому загону, он остановился, достал бутылек с кетамином и наполнил им шприц. Всё готово. После пяти минут ожидания, повар вышел. Он лениво подошел к одной свинье, и она тут же начала от него убегать. Загон был небольшой, поэтому в конце концов свинья забилась в углу и просто орала. Повара этот, так называемый крик не остановил, и он пошел к ней. Она орала ещё громче, а затем повар поймал её и прижал к полу. Она всем телом пыталась выбраться из захвата этого жердяя, но все попытки были тщетны. Он достал длинный нож из кармана и наметил место удара на шее свиньи. Казалось, что когда она увидела нож, она начала орать ещё громче. Казалось, что у неё есть разум. В отличии от этого повара. Резким ударом он забил нож в шею свиньи и ударил по нему ещё раз так, что виднелась только ручка ножа. В этот момент Джереми вышел из машины. Свинья орала ещё громче. Повар подставил под шею свиньи тазик, и вся кровь стекала туда. Спустя некоторое время крик свиньи стал тише, а затем совсем исчез. Она умерла.
    Джереми обошел повара и пробрался в загон. Он аккуратно подкрался к нему. Этот ничего не слышал. Легкая жертва. Джереми резко вставил ему в шею шприц и нажал на поршень. Мужик начал вырываться, подобно тому, как вырывалась свинья, когда он ее резал. Джереми заткнул ему рот, чтобы тот не орал. Надо было подождать секунд двадцать прежде чем наркоз полностью подействовал. Но от большой дозы кетамина жертвы не яростно вырывались, так что все было не так сложно. Через двадцать секунд толстяк упал. Джереми взял его под руки и потащил к машине. Когда он оттащил её метра на три, произошло то, что кардинально меняло планы Джереми. Из здания вышел второй повар. Джереми не мог быстро сообразить, что ему делать, и повар его заметил. Увидев, как его коллега лежит на земле, он побежал обратно в ресторан. Джереми пустился за ним, и ему повезло, что повар был очень медлителен. Он догнал его и повалил на землю. Тот начал орать, но Джереми быстро успокоил его, нанеся пару ударов по лицу. Он вырубился. Джереми ничего не оставалось делать, как потащить его к себе домой. Он был уже свидетелем, он сломал все планы. Он дотащил повара до машины и запихнул на заднее сиденье. Теперь нужно было думать, куда привязать второго повара, цепь то всего одна. Джереми решил сначала доехать до дома, затащить их в подвал, а потом уже подумать над этим вопросом. Самое худшее, что сейчас могло произойти, помимо того, что произошло, это встреча с копами. Два тела в машине не очень то помогают при встрече с ними.
    Ему повезло, он благополучно добрался до дома. Теперь ему предстояло самое сложное, разобраться, что делать с двумя, пока что живыми, поварами. Джереми открыл машину, убедился, что никого на улице нет, или никто не смотрит в окно, и открыл заднюю дверцу машины. Оттуда сразу же вывалились два повара. Он придержал их, чтобы они не плюхнулись на асфальт. Одного он запихал обратно в машину, а второго, который был накачен кетамином, взял под руки и понес в дом. Подойдя к двери, Джереми одной рукой вставил ключ, прокрутил его и пинком открыл дверь.
    Этот повар был жирнее предыдущих. Джереми с превеликим усилием дотащил повара до лестницы, ведущей в подвал, и начал аккуратно его спускать. В этом деле самое главное не ударить жертву о ступеньки. Иначе заляпаешь всё кровью. Джереми удалось всё сделать, как надо. Он бросил повара на пол, около трубы, к которой он всех привязывал. Затем он взял, лежащую рядом цепь и надел на руки толстяка. Джереми приподнял его и закрепил цепь на трубе. Подвешенному повару, он туго связал ноги крепкой веревкой. Теперь пришло время второй жертвы. Джереми выключил свет в подвале и снова пошел к машине. Время вновь сыграло ему на руку, на улице было пусто. Джереми открыл заднюю дверцу машины и достал второго повара. Этот был значительнее легче. Джереми с легкостью дотащил его до дома, бросил на пол и закрыл входную дверь. Он также аккуратно спустил его по лестнице и положил на пол в подвале. Он облокотился на хирургический стол и стал думать, чем привязать вторую жертву. Поразмышляв минуты две, он вспомнил, что на кухне у него лежала веревка, и мигом рванул туда. Быстро преодолев ступеньки, в следующую же минуту он был на кухне. Джереми открыл шкаф и начал рыться в нём, раскидывая все вещи. Наконец-то он нашел веревку. Она была не такая прочная, как цепь, но этого хватало. Джереми спустился в подвал, пододвинул повара к трубе, связал его руки веревкой, а веревку привязал к трубе. Затем он связал ноги и проверил все узлы. Всё было готово.
    Действие кетамина скоро должно было закончиться, и повар должен был проснуться. Джереми решил никуда не уходить, а сесть около него и ждать этого момента. Буквально через минуту повар проснулся. Открыв глаза, он осмотрелся и вздрогнул, когда увидел Джереми.
    — Привет.
    Повар промолчал.
    — Как дела?
    Опять молчание.
    — Ну, что ты молчишь? Может тебе нужен другой собеседник? Давай я разбужу твоего друга? -сказал Джереми и направился приводить в сознание второго повара.
    — Как тебя зовут, кстати? А то как мне вас называть? Повар один и повар два?
    Он опять молчал. Джереми взял со стола скальпель и приставил ему к горло.
    — Отвечай, иначе я тебе сейчас кишки выпущу, — пригрозил он.
    — Марти, — выдавил он из себя.
    — Значит Марти. А второго как?
    — Джастин, — неохотно произнес он.
    Джереми положил скальпель обратно на стол и направился будить Джастина. От ударов Джереми на голове Джастина было пара ссадин. Он получил легкое сотрясение, поэтому вырубился. Джереми сделал ему несколько пощечин, дабы привести в сознание. Это помогло. Повар вскочил от страха. Он бешенными глазами оглядел всё вокруг себя и ещё сильнее испугался, когда увидел Джереми.
    — И тебе привет. А вот он твой друг, — указал Джереми на Марти.
    — Марти! -взревел Джастин, — как ты?!
    — Заткнись, — заорал Джереми и нанес пару ударов повару. Комната погрузилась в тишину.
    — Вы коллеги, друзья? -спросил он у них.
    — Братья, — ответил Марти. Из них двоих он был гораздо смелее.
    — Братья. Это уже интереснее, — в голове у Джереми созрел зловещий план.
    — Любите ли вы мясо?
    — Да, — ответил Марти. Он понял, что нельзя искать логику в вопросах психопата-убийцы.
    — А ты смелый малый, — сказал ему Джереми, — а вы хотите есть?
    — Конечно, — в этот раз уже сказал Джастин.
    — Замечательно. Просто замечательно, — Джереми стал медленно ходить по подвалу. Он подошел к хирургическому столу, взял скальпель и повертел его в руках. Простояв так около минуты, он подошел к Марти и приставил ему к горлу скальпель.
    — Тебе жалко своего брата? Свою плоть и кровь? -спросил он у Джастина.
    — Только тронь его, ты пожалеешь об этом! -взревел он.
    Джереми засмеялся и несколько раз порезал горло Марти. Тот начал задыхаться и казалось, что его глаза вот-вот выпрыгнут из орбит. Через тридцать секунд его бездыханное тело уже просто болталось на цепи. Кровь запачкала всю его одежду.
    — Урод! Я выберусь отсюда и убью тебя, слышишь?! Я убью тебя, скотина! Убью!
    Джереми пропустил всё это мимо ушей, взял нож, которым он обычно разделывал трупы, и отрезал Марти руку.
    — Ты ведь хочешь есть? А если не хочешь, то обязательно захочешь. Это вопрос времени. Ты будешь есть руку. Руку своего брата. Хочешь ты того или нет, — он бросил руку около Джастина.
    — Я убью тебя! УБЬЮ!
    Джереми проигнорировал эти крики, вышел из подвала, предварительно выключив там свет, и направился в спальню. Через десять минут он уже спал.
    Глава 4
    Джереми проснулся от звонка будильника. Он наощупь выключил его и завалился дальше спать. Сегодня он решил не пойти на работу, а вместо этого купить подарок Саре. Сара была его сестра, она жила в ста пятидесяти километрах от него, и они почти не общались. Будучи из одной семьи, Сара добилась куда большего, чем Джереми.
    В полдень Джереми встал, лениво натянул штаны и мятую рубашку. У него были немытые, засаленные волосы, которые лезли в глаза. Джереми прилизал их набок. Он зашел в ванну, выпустил Барни, умылся, почистил зубы. Завтракать он не стал. Перед выходом Джереми решил зайти проведать свою жертву. Он открыл подвал, быстро спустился по лестнице и подошел к висячему на веревку толстяку. Вонь от трупа, лежащего около него, разнеслась по всему подвалу.
    — Эй, Джастин, ты что, спишь?!
    — Нет, — отрезал он.
    — Кушать наверное хочешь? -издевался Джереми.
    — Нет.
    — То есть ты готов сидеть здесь до вечера? Ну давай, вкуси немного мяса. Чем оно отличается от животного? Я вообще за то, чтобы каннибализм узаконили. Если можно есть мясо животных, почему нельзя есть мясо людей? Ты здесь будешь долго сидеть, всё равно съешь эту руку. А с каждым днём она сильнее протухает, давай, съешь её сейчас, — Джереми взял отрубленную руку и поднес ко рту Джастину.
    Толстяк поморщился и призадумался. Слова Джереми произвели на него впечатление.
    — Ладно, — выдавил из себя он и в тот же момент вцепился в руку. Он ел её как зверь, которого морили голодом неделю. Весь его рот и щёки были в крови. Куски мяса и кожи летели во все стороны. Он откусил довольно большой кусок от руки и принялся жевать. Проглотив его, через тридцать секунд он блеванул на пол и запачкал свои ботинки. В блевотине были куски мяса и много крови.
    — Вкусно было?
    — Я убью тебя. Я выберусь отсюда и убью тебя, — спокойно отвечал он.
    — Удачи тебе, друг мой, — сказал Джереми, потушил свет и вышел из подвала.
    Он абсолютно не знал, что подарить Саре. Он вообще не умел выбирать подарки. Денег у него было немного, так что ему нужен был хороший бюджетный подарок. Как говорится, главное не подарок, главное внимание. Так вот, эту пословицу выдумали те, у кого не хватило денег на хороший подарок.
    Всё вокруг было пропитано новогодней атмосферой. Самое грустное было то, что второго или третьего января вся эта атмосфера исчезала. Новый год Джереми считал не таким уж и плохим праздником. Ему нравилась праздничная атмосфера, но не нравилась атмосфера лицемерия, которая возникала вместе с ней. Все были такие доброжелательные, но вся эта доброжелательность была наигранной. Всё было неискренне. Раз в год какой-нибудь троюродный брат, которого ты знать не знал и видел раз в жизни, звонил тебе и поздравлял с Новым годом, как будто вы общаетесь с ним каждый день по аське. Мог бы вообще не звонить и не делать одолжений.
    С Сарой он также немного общался, но не поздравить и не подарить подарок родной сестре он считал унизительным. Чтобы найти нормальный подарок, он направился в самый крупный супермаркет его города. На стоянке припарковались чертова туча машин, так что было не пролезть. Джереми покружил, покружил и всё же нашел себе место. Он припарковался, вышел из машины и направился в магазин. В большущем магазине его глаза разбегались, и он не знал, куда направиться. Пройдя немного вперед, он увидел путеводитель по магазину и решил направиться вниз, в продуктовый отдел.
    Спустившись, он увидел кучу народа, которая толпилась на кассе. Новый год будто сводил людей с ума. Джереми взял корзинку и направился в магазин. Большое количество стеллажей с разнообразной продукцией стояли на каждом шагу. Он не думая пошел искать отдел с конфетами.
    Пошарив по магазину, он окончательно заблудился в этом лесу из стеллажей. Он подошел к первой попавшейся продавщицы и спросил, где находится отдел с конфетами.
    — Вон там, за отделом с пивом, — показала она пальцем.
    — Спасибо.
    Он нашел нужный отдел. Здесь лежало около пятидесяти видов конфет, не меньше. Джереми не разбирался в конфетах, поэтому судил по цене. Пять долларов-нет, слишком дешево. Десять-сойдет, но всё таки новый год. Он дошел до стеллажа с пятнадцатидолларовыми упаковками конфет. Взял первую попавшуюся пачку. На ней было написано "Темный шоколад с фундуком". Сойдет, подумал Джереми и положил конфеты в корзину. Он подумал, что одни конфеты это слишком мало и начал перебирать ещё возможные варианты подарков.
    Так ничего и не придумав, он решил просто купить открытку и ограничится этим. Отдел открыток был как раз возле отдела конфет. Он взял первую попавшуюся, на которой было написано "Счастливого Нового года! ", и пошел на кассу.
    На кассе сформировалась огромная очередь. Джереми оценил очередь у каждой кассы и встал туда, где было меньше людей. На выходе всегда лежали жвачки, шоколадки и прочая мелочь. Маленький мальчик, который стоял прямо перед Джереми, внимательно рассматривал их, а затем взял одну и положил в карман.
    — Не надо этого делать, — придержал его руку Джереми, — не надо воровать.
    — Почему? -удивленно спросил он.
    — Потому что воры, обычно, сидят в тюрьме.
    — А что такое тюрьма?
    — Тюрьма это то, что нас окружает.
    Мальчик ничего не понял, но жвачку всё же положил. Джереми простоял минут десять, и наконец-то подошла его очередь. Он выложил открытку и конфеты на кассу. Симпатичная кассирша в костюме снегурочки пробила его товары.
    — 16 долларов, — сказала она милым голосом.
    Джереми расплатился и вышел из магазина. Теперь ему нужно было на почту, отправить подарки. Он сел в машину и направился туда.
    Доехав до почты, он вышел из машины и направился в здание. В здании никого не было. Он прошел немного дальше туда, где стоял компьютер. Он постучал по столу. Вышла уродливая девушка, с прыщами по всему лицу.
    — Чем могу служить? -спросила она.
    — Можно отправить посылку. Почтовый индекс: 560246.
    — Минуточку.
    Она взяла посылку, положил на стол и что-то пощелкала на клавиатуре.
    — С вас пять долларов.
    Джереми расплатился и вышел из здания. Было четыре часа дня. Рабочий день скоро закончится, и ему не было смысла идти сейчас на работу. Он решил пойти домой, чтобы накачаться в полночь шампанским и лечь спать.
    Он доехал до своего дома. Вся улица была заставлена снеговиками в колпаках Санта Клауса. Ребятня взрывала петарды, а многие закупались салютами. В первый час после полуночи весь город превращался в войну. Повсюду гремели выстрелы салютов. Некоторые покупали фирменные салюты, а некоторые дешевые в ларьках. Фирменные отличались тем, что они не могли не взорваться и разлететься в разные стороны, что часто было причиной пожаров.
    Джереми зашел домой. Его, как всегда, встретил Барни. Он погладил его и спустился в подвал, чтобы проведать свою жертву. Включив свет, он увидел всю тот же труп. Вонь уже была невыносимой. Джереми решил убрать труп после нового года.
    Труп был на месте, а вот вместо жертвы лежали пара веревок. Джереми опешил, протёр себе глаза, чтобы убедиться, что ему это всё не кажется. Нет. Жертвы действительно не было. В первые за долгое время Джереми действительно овладела настоящая паника. Он подбежал к тому месту, где была жертва, поднял веревки. Они были не разрезаны. Значит узел был такой не прочный и не выдержал стокилограммовую тушу. Джереми не знал, что делать. Он, можно сказать, был пойман. Ещё немного и к нему в дом ворвутся копы и повяжут его. Какого-нибудь майора Джеймсона наградят за поимку особо опасного преступника. Джереми решил свалить из дома. Свалить, куда глаза глядят. Хоть к сестре, хоть к бомжам. Всё лучше, чем гнить за решеткой. Он выбежал из подвала и начал собирать вещи. Ему требовалось немного: деньги, да пара шмоток. Всё это он запихнул в небольшую сумку, подаренную ему на день рождение, и побежал к входной двери. Открыв её, он огляделся, нет ли поблизости копов. Всё было чисто. Он сделал шаг. В этот же момент его голову поразил сильный удар. Что это было? Сосулька с крыши упала? Джереми не вырубился и оглянулся. Перед ним стояла его "жертва". Повар потерял весь страх, заменив его на злость. Он держал в руках дробовик. Толстяк ещё раз замахнулся на Джереми, но этот раз был неудачный. Джереми задержал ружье, отвел в сторону и побежал домой. Вперед, на улицу, бежать смысла не было. Толстяк был настроен серьёзно и с легкостью прострелил бы Джереми спину.
    Добежав до двери, Джереми попытался её закрыть, но толстяк был не такой уж и медлительный. Он задержал дверь и толкнул Джереми. Джереми упал и вместо того, чтобы встать, начал ползти. Толстяк заорал и выстрелил Джереми в ногу. Гильзы нарушили тишину, а пол покрылся кусками ткани из штанов и кровью. Джереми застонал.
    — НУ ЧТО, Я ДОБРАЛСЯ ДО ТЕБЯ! И КАК ТЕБЕ РОЛЬ ЖЕРТВЫ, НРАВИТСЯ?!
    В ответ Джереми простонал.
    — БОЛЬНО ТЕБЕ ДА, БОЛЬНО?! А Я ОСТАВЛЮ ТЕБЯ ГНИТЬ ЗДЕСЬ, ПОДОНОК! ТЫ СДОХНЕШЬ ОТ ПОТЕРИ КРОВИ!
    Сказав это, он пошел на кухню. Наверное, чтобы выпить воды. Психам тоже вода нужна.
    У Джереми появилась надежда. Он пополз к выходу из дома, но все его старания прервал Барни. Свинья пришла к своему хозяину, но не для того, чтобы помочь ему, а потому что учуяла запах крови. Он игриво осмотрела рану Джереми, обнюхал её и, недолго думая, откусил кусок.
    — Барни, ААА, нет, Барни! ААААА, ЧЕРТ!
    Морда свиньи налилась кровью. Она быстро закончила с ногой, затем начала обнюхивать самого Джереми.
    — Барни, иди на место! Место, Барни!
    Но голодная свинья не слушалась. Вместо этого она начала лизать голову Джереми, а затем откусила ему ухо.
    — НЕТ, НЕЕТ, — выдавливал из себя Джереми.
    Быстро покончив с ухом, она принялась за всё остальное. Через пять минут от головы Джереми осталось пара кусочков. Довольная свинья пошла в ванну.
   
   
   
     

 




комментарии | средняя оценка: 2.00


новости | редакторы | авторы | форум | кино | добавить текст | правила | реклама | RSS

01.12.2021
Победитель. Пять главных сражений Георгия Жукова
1 декабря 1896 года родился советский полководец Георгий Жуков.
01.12.2021
Бомба номер раз. Как СССР стал ядерной державой
Первую советскую атомную бомбу назвали РДС-1 — то есть «реактивный двигатель специальный».
30.11.2021
В Керченской крепости планируют восстановить храм Александра Невского
Проект по его восстановлению представили министру культуры Ольге Любимовой.
30.11.2021
«Бей! Бей ее!» Кого и за что расстреляли по делу Зои Космодемьянской?
Ивана Солнцева немцы привели к Зое и сказали: «Бей ее!» Пожилой мужчина руку на партизанку не поднял, хотя реакция гитлеровцев на нежелание участвовать в экзекуции была непредсказуемой. Зато Смирнова и Солина оторвались по полной.
30.11.2021
Родные простятся с режиссером Владимиром Наумовым в узком кругу
О дате и месте похорон пока не сообщается.
30.11.2021
Молодежный онлайн-форум «Наследие» объединил более 30 тыс. участников
Участники представили концепции развития объектов культурного наследия своего города как новых точек притяжения для жителей и туристов.