Книжный магазин «Knima»

Альманах Снежный Ком
Новости культуры, новости сайта Редакторы сайта Список авторов на Снежном Литературный форум Правила, законы, условности Опубликовать произведение


Просмотров: 242 Комментариев: 0 Рекомендации : 0   
Оценка: -

опубликовано: 2019-01-25
редактор: Лазер Джей Айл


СТЕНА | movimiento de | Рассказы | Проза |
версия для печати


СТЕНА
movimiento de

Стена
    Этот мир всегда был для Него чужим. Казалось, во всём городе только Он не желает поклоняться СТЕНЕ, только Он один отказывается приносить подношения. Действительно, а зачем? Чем эта проклятая груда кирпичей заслужила такое внимание? Где справедливость? Почему Он должен погибать от голода и одиночества в то время, когда люди толпами, словно зомбированные, каждый день отдают самое драгоценное ЕЙ?
    С каждым днём становилось всё холоднее. Он давно привык, что никто Его не замечает, не желает помочь, словно он просто пятно на безупречно чистой скатерти. ВРЕМЯ БОЛЬШОЙ СТИРКИ!
    Темнело. Салли снова не пришла. Наверное, она забыла его, как ребенок, которому надоела старая игрушка. Ну и пусть! Он ведь справится и один!
    Сегодня решил заночевать на лавке возле городской ратуши, которая была возведена прямо у СТЕНЫ. Забрав одеяло и остатки еды из своего последнего пристанища под мостом, Он вернулся к зданию ратуши и приготовился ко сну. От холодных досок вскоре заболела спина. Одеяло больше не согревало. Он засыпал, смотря на громадину СТЕНЫ, которую каждый житель этого пропащего Города приравнивал к Божеству. Он одарил презрительным взглядом километры кирпичного монстра, тянущегося на восток и где-то, возможно, наконец заканчивающегося:
     — Тьфу! — сказал он и вскоре заснул.
    Проснулся от режущей боли в животе.
     — Проваливай, чумазый! — перед ним стоял толстый лысый мужик, лицо которого исказилось в злобной гримасе, омерзительности которому придавали короткие аристократические усы, — Теперь после тебя неделю лавку отмывать! Вали отсюда, — мужчина продолжал вопить, размахивая деревянной тростью.
    С Ним такое происходит не впервые, поэтому Он просто встал и ушёл, закрыв уши руками, чтобы не слушать мегатонны брани, направленной в его сторону. Он подошёл к СТЕНЕ, упал перед ней на колени и заплакал:
     — Ну что ты, ждёшь? Скоро они придут, принесут тебе дары, будешь довольна, да? Отвечай! Отвечай мне! — захлебываясь слезами, кричал Он, — А зачем тебе это всё? Разве ты можешь чувствовать, а? Разве тебе нужна вся эта еда? Все эти драгоценности! Зачем? Отвечай! — он упал наземь и, свернувшись комочком, уснул.
     — Привет, — сквозь сон пробился нежный детский голос.
     — Салли? — прошептал Он, постепенно приходя в себя.
     — Да, здравствуй! Прости, что не приходила. Мама с папой не пускали меня, говорили, что ты плохой, обижали тебя. А я плакала, громко плакала, но они всё равно не слушали, прости, — виновато твердила Салли.
     — Ну-ну, всё хорошо, девочка. А что же ты тогда тут делаешь? Разве тебя не наругают за то, что ты разговариваешь со мной?
     — Наругают, если узнают. Но это ничего! Я боялась, что тебе совсем плохо будет без еды, поэтому немного накопила и принесла тебе. Тут совсем чуть-чуть, но ведь тебе станет лучше, ведь да? — рыжие локоны упали на светящееся лицо маленького ангела, ещё более скрасив её милую улыбку.
     — Большое спасибо, Салли. Ты очень добрая девочка, совсем не такая, как все в этом городе. Этот мир совсем недостоин тебя.
     — Не говори так, пожалуйста. Очень много хороших людей, они кругом, вот увидишь, честно тебе говорю! Вот, например, моя мама очень хорошая, честно, она готовит такие вкусные пирожки. А знаешь, вот обещаю тебе, принесу один такой пирожок, а ты сразу скажешь, что мама моя хорошая, очень вкусно-вкусно. Вот увидишь! — Салли размахивала руками, весело смеялась и слегка пританцовывала, а Он сидел и слушал, не решаясь прервать такую идиллию. Эта девочка — глоток свежего воздуха для бездомного дикаря.
     — Ха-ха-ха, — рассмеялся Он, — Хорошо-хорошо, ловлю на слове! — внезапно, Его лицо помрачнело, а глаза медленно наполнялись слезами, — Салли, как думаешь, чем я хуже простой кирпичной СТЕНЫ? Почему люди жертвуют ей всё, а меня даже не замечают? Я ведь человек. Живой человек! А она... Тьфу! Просто бездушная громадина. Зачем она вообще здесь? Кто её построил? — практически срываясь на крик продолжил Он.
     — Тише, пожалуйста, тише... Мне грустно, когда ты так говоришь. Мама говорит, что СТЕНА нас оберегает, что только благодаря СТЕНЕ мы можем жить, можем кушать её пирожки. Только стена позволяет детям ходить в школу, а взрослым на работу. Только ОНА. Но ведь и тебя замечают, видишь, например, я снова пришла, — пыталась успокоить Его Салли.
    Прямо на лоб малышке медленно упала снежинка. Первая в этом году. Её лицо преобразилось, в очередной раз, скрасив серость бессмысленного дня. Вскоре крупные снежинки заполнили улицу.
     — К сожалению, малышка, наш мир не такой радужный, каким его видишь ты. Как бы мне хотелось, чтобы ты никогда в нем не разочаровывалась, никогда! Но я не могу тебе этого пообещать. В этом мире овца либо становится волком и отращивает клыки, либо погибает, позорно, без особой причины. Ладно, прости меня! Тебе, наверное, уже пора. Мама будет ругаться.
     — Хорошо, да, мама, наверное, уже волнуется. Не переживай, я постараюсь прийти и завтра. С пирожками. Пока-пока! — весело произнесла Салли и побежала прочь, помахав на прощанье рукой.
    — Возвращайся, малышка. Возвращайся.
   
    Хочется есть. Часы на ратуше пробили полдень, а это значит, что механизм снова запущен. Совсем скоро толпы заполнят город и постепенно стекутся к СТЕНЕ. У неё снова пир.
   
    Он сидел возле закрытого книжного магазина и, укрывшись одеялом, следил за процессом. Мужчины, женщины, дети, старики. Все как один ползли к своему «божеству». Сегодня Он решил быть как они, пойти среди них, стать новой шестеренкой старого механизма. Подношением были фрукты, которые принесла Салли.
    "Как роботы, манекены! " — думал Он, пробираясь через сотни зомбированных тел. На лицах, казалось, не было эмоций, словно они были восковыми. Он прибавил шаг. Так хотелось Ему поскорее оказаться там, отдать ей последнее, лишь бы понять, почему же она так важна.
    Его очередь принести жертву СТЕНЕ. Приблизившись к огромной куче, забитой лакомствами, книгами, бытовыми предметами. Да что говорить! Там был даже велосипед! Он был потрясен! Зависть и злоба переполняли его изнутри, руки тряслись, он не решился оставить фрукты ЕЙ. Ни за что! Он голодает, а почему тогда ОНА должна получать всё? Чем Он хуже?
     — Люди! Да что с Вами такое? Это же просто груда камней! — развернувшись, закричал Он. Люди в толпе начали тихо переговариваться, — Вы отдаете ей всё! Всё, что могли бы есть Ваши дети, забирает ОНА. А зачем, зачем ей это? У неё ведь нет души! А я... Почему Вы обращаетесь со мной так, словно я лишний, сломанный механизм! За что? — Его крик прервал камень, прилетевший в лоб.
     — Глупец! Ты чужак, ты совсем ничего не понимаешь! Проваливай отсюда, пока дел не наворотил! Проваливай, иначе тебе не жить! — заревела толпа.
     — Да что с Вами такое? Посмотрите на себя, что ОНА с Вами сделала? Вы не люди, вы роботы, у вас нет чувств, одна лишь програ..., — кто-то снова швырнул камень, на этот раз попали в живот.
     — Последний раз предупреждаем! Вали отсюда, пока цел, — закричал кто-то из толпы. Сотни шляп и котелков надвигались на Него, Он сдался и побежал прочь. Одинокий и опустошенный он мчался по улицам города, пока силы не покинули его. Едва дыша, Он лежал в снегу и плакал. Белая скатерть покрывалась багряным, по телу бежала дрожь. Ужасно хотелось есть.
   
    Всё лицо в крови. Разбили лоб. Что же с ними такое? Почему Он один должен страдать? Нет! Этого больше не повторится! Он разрушит её, сломает СТЕНУ. Вот тогда они узнают, тогда увидят, всё поймут в момент! Но как? Как же Ему это сделать? Чем её сломать?
    Наступила ночь. Город уже спал: огни в домах погасли, на улице ни души, лишь одинокий ветер выл в подворотнях, нагоняя на Него тоску.
    Украл у кузнеца кувалду. Полный решимости направился к ратуше.
    Он стоял перед СТЕНОЙ, крепко сжимая холодную как лёд рукоять кувалды. Сейчас! Пришло время! Больше он не будет страдать один, никогда больше ОН не останется один.
   
    — Постой, не спеши, — раздался за спиной нежный голос.
   
     — Салли?
     — Пожалуйста, не надо. Не делай этого, — у малышки глаза наполнялись слезами.
     — Салли, что ты здесь делаешь? Уходи, уже темно, мама будет переживать.
     — Нет. Я никуда не пойду. Я была там, видела, как они тебя обижают, а потом побежала за тобой, я весь день ходила за тобой. Я слышала, как ты плачешь. Мне было так больно, но я не смогла подойти, очень боялась.
     — Салли...
     — Я знаю, что ты хочешь сделать. Пожалуйста, не надо. Я ещё хочу ходить в школу, а ты, неужели ты не хочешь попробовать маминых пирожков? — рыдала девочка.
     — Но, Салли, я должен. Я всегда был один, никому не нужен. Люди всегда просто шли мимо, не замечали, словно меня и нет совсем. Когда я пришёл в этот город, мне казалось, что здесь всё изменится. Но нет! Всё началось сначала. Пойми, малышка, я больше не могу. Я устал страдать в одиночестве. Это ОНА во всём виновата, люди поклоняются ЕЙ и забывают про своих братьев. Я ведь тоже человек!
     — Но ведь...
     — Прекрати! Я должен, прошу, уходи. Пожалуйста, Салли, прости меня и уходи.
     — Но ведь она нас защищает, — прошептала Салли.
    Он разочарованно вздохнул, развернулся, крепко сжал кувалду и прошептал:
     — Уходи.
    Девочка не сошла с места.
    Он ударил в первый раз. Малышка закричала. Он слышал, как в домах звенят стекла, и земля дрожит под ногами. На месте удара появилась трещина, из которой сочилась вода. Люди постепенно стекались к СТЕНЕ.
     — Ты что творишь, глупец? Что ты собираешься этой штуковиной сделать? Всё бесполезно. Проваливай отсюда, последний шанс даю! — кричал тот самый усатый толстяк, прогнавший его пару дней назад.
     — Замолчи! Это Вы все глупцы, сейчас я Вам это докажу. Смотрите! — завопил Он.
     — Безумец! Остановите его, скорее, прошу, — раздался женский голос.
    Он успел ударить ещё раз, прежде чем четверо мужчин повалили его и принялись избивать что есть силы. Послышался чудовищный грохот. Толпа смотрела на СТЕНУ, по которой во все стороны бежали трещины. Из трещин текла вода. Ещё немного и СТЕНА не выдержит, она умирает. Раз, два, три...
    СТЕНА рухнула, выпустив на волю огромную волну, сметающую всё на своем пути. В воде Он открыл глаза.
   
    Среди синей мглы ему мерещились чудные образы: солдаты, марширующие по прекрасной площади, танки, взрывы, слышались крики людей, Он видел в в глубине воды смерть, катастрофы, болезни, голод, вся тьма этого мира, казалось, скрывалась в этой воде.
    Внезапно всё стихло. Он лежал посреди площади, вокруг кричали люди, рыдали женщины, горели дома. Безумец поднялся на ноги. Кругом разруха, вся улица заполнена безжизненными телами. Он переводил взгляд с одного тела на другое, пока не увидел её. Салли лежала у самых руин СТЕНЫ. Безумец помчался к ней.
    — Прости, пожалуйста, прости, я глупец, — рыдал Он.
    Салли молчит, она не дышит. Ярко-рыжие волосы прилипли к лицу, на котором застыла гримаса ужаса. Салли больше нет.
    — Ты разрушил этот мир. Ты ведь видел, да? Ты видел всё то, что впустил сюда? — за спиной стояла женщина, держащая в руках нож.
     — Ты забрал у нас всё. Теперь все умрут. Когда-то давно нам удалось скрыть за этой стеной все человеческие пороки, всю гниль нашего естества. Ты же снова освободил её. Во всем мире осталось лишь одно чудовище — ты. Прощай.
    Он лежал у разрушенной стены, истекая кровью. Рана ныла, но ему было всё равно. Он плакал и шептал её имя. Салли, Салли...
   
    Карфаген должен быть разрушен.

 




комментарии | средняя оценка: -

плей фортуна казино на деньги replay-fortuna.com


новости | редакторы | авторы | форум | кино | добавить текст | правила | реклама | RSS